БЕЛЫЙ - символ развёртки материи, эктраверсия, положительная потенциальность, мужское начало.

ЧЁРНЫЙ - соответственно, свёртка, интроверсия, отрицательная потенциальность, женское начало.

Ни в коем случае не ставить приоритетов. Это не "плохое" и "хорошее", не "добро" и "зло". Это два вектора противоположной направленности. Две силы, присутствующие в каждом элементе мира.

И, наконец, ЗОЛОТОЙ, как символ перетекающей энергии, приводящей в движение эти весы. То есть жизнь в узком смысле.

Можно говорить о том, что белый представляет собой полный цветовой спектр, а чёрный - всякое отсутствие цвета, и что оба они не являются цветами как таковыми. Конечно, формально, этим утверждением можно перечеркнуть заголовок данной совокупности мыслей. По факту же оно лишь подтверждает и уточняет описаную модель.

Часть I.Позавчера.

Существо, о котором здесь пойдёт речь, было принято этим миром совсем недавним по меркам мировой истории и столь далёким по ощущениям самого существа ноябрьским вечером тысяча девятьсот восемьдесят четвёртого. Отправной точкой его земного пути стал город союзного масштаба – Ташкент. По мере того, как системы нового организма адаптировались к непривычным условиям, существо осознавало в себе природу человека (в истинности этого оно периодически сомневается по сей день). Человек в раннем возрасте обнаружил в себе любовь к кефиру, вопрос «почему» и умение правильного произношения звуков, что позже вылилось в способность воспроизведения нужных частот в процессе пения. Наказание за подобную дерзость не заставило себя долго ждать, и на седьмом году жизни Эдика (так нарекли человека) привели в музыкальную школу стучать пальчиками по клавишам пианино, которое все вокруг почему-то упорно называли фортепиано. Период детства также был ознаменован разрядами по акробатике, поездками в спортивный лагерь, отличной (бывает) учёбой в среднем общеобразовательном учреждении и, конечно же, первыми влюблённостями.

Часть II. Вчера.

Свой одиннадцатый день рождения Эд встретил в портовой Астрахани. Здесь он и провёл последующие восемь важных лет жизни. Со временем детский вопрос Эда трансформировался и разделился на множество глобальных. Простых ответов найти не удавалось, и сознание стало лихорадочно бросать от книги к книге, от музыки к музыке, от любви к любви. Так и жилось: ум впитывал учения бородатых и не очень дядек, тело отплясывало под тяжёлые и, опять-таки, не особо, рифы любимых исполнителей, а сердце искало большое чувство. Процесс, как говорится, пошёл. По ходу выяснилось, что астрология, всё-таки, наука, что ролевые игры – очень развивающее и увлекательное занятие, и что «да здравствует мир во всём мире». Тогда же появилась гитара, а с ней первый песенный и стихотворный (читай смехотворный) опыт. Как следствие – Эд заиграл на басу в команде товарища, а чуть позже сколотил и собственную рок группу, где исполнял роль ритм-гитариста и вокалиста. Потом был сбор (читай cброд) металл коллектива, после – хардкор банды. Естественно, без экспериментов не обошлось (а иначе, зачем это всё?). Репетиции были, прослушивания были, фестивали местные тоже были. А время текло, планета вертелась вокруг оси.

Часть III. Сегодня и завтра.

Ныне, три года как житель столицы российского государства, без 5ти месяцев информатик-экономист, а пока ещё студент Московского Авиационного Института, наш «герой» со свойственным ему оптимизмом продолжает познавать этот и смежные миры, попутно занимаясь любимыми делами, в список которых добавилось приятное общение с гантелями, штангами и станками. Кипит музыкальное творчество, вызывают интерес современные психологические теории, любится, дышится, пишется. Эдуард чувствует в себе силы, способные привести его к успеху в начинаниях и продолжениях. А самореализацию он видит в непрерывном созидании, в борьбе со своими внутренними врагами, в воплощении опыта пути в искусстве (в том числе литературном), в поддержании телесного и душевного здоровья, в достижении благосостояния, в раскрытии потенциала, в возможности делиться с миром накопленными знаниями. А там уже и детишки пойдут.

Эпилог

Откуда мне известно столько о существе, на людском языке именующемся Эдом? Всё предельно просто: я и есть оно.

У меня есть телевизор. Забавно, не правда ли? Вот у тебя он есть - телевизор? Не удивительно. А зачем он тебе? Сможешь описать его, телевизора, функции? Вообще говоря, что он из себя представляет? Ты говоришь: «Ну, это такой ящик в углу комнаты, в котором показывают то, что мне интересно. Я смотрю в него, когда хочу что-то узнать или просто отдохнуть». Так, хорошо, то есть ты получаешь из него информацию, как тебе кажется, важную для тебя. Но погоди, давай разберёмся. Кто-то спросил тебя, что ты хочешь увидеть сегодня? Или, может, у твоих друзей поинтересовались? То-то же…

Современное российское телевидение, претендуя на объективность выполнения запросов общества на тот или иной вид информации, реально формирует эти запросы, программируя людскую массу на восприятие узкого спектра поступающего потока и неприятие выходящего за обозначенные форматом границы. Очень ярко такое положение вещей представлено в пространстве музыкального телевидения. Перечень исполнителей,  демонстрируемых и продвигаемых общедоступными музыкальными каналами, в основном жёстко ограничен рамками немногочисленных жанров, наиболее легко усваиваемых непросвещёнными ушами. Для вида эфир разбавлен редкими (по большим праздникам) показами «полит корректных» представителей в целом неугодной части артистического небосклона. По всей видимости, такой приём должен утолять жажду недовольных и настраивать их на снисходительное или даже доброжелательное отношение к эфиру канала. Реально же доля поклонников неформатной музыки в общем объёме слушателей заметно больше, чем это навязывается. В результате мы имеем неудовлетворённый запрос внушительной части зрителей.

Я беру в руки пульт. Набираю 900. Мне повезло - у меня кабельное, и на экране A-ONE. Это мой канал. Здесь я сам могу влиять на формирование плейлиста. Здесь огромный обновляемый банк клипов совершенно разных направлений. У зрителя появляется не призрачный выбор «оставить-переключить», а реальная возможность увидеть то, что он хочет увидеть. Именно поэтому канал называется альтернативным. A-ONE покажет то, что вы не увидите больше нигде на отечественном телевидении. Так сложилось, что основной массой зрителей A-ONE стали поклонники гитарной музыки – то есть как раз обделённая другими каналами, но очень внушительная часть молодёжи. Появившись в столицах, Первый Альтернативный воплотил давние чаяния местной публики. А в провинции произвёл настоящий фурор. A-ONE – не просто транслятор клипов модных западных групп. Благодаря каналу у молодых талантов нашей андерграундной сцены появился шанс быть услышанными широкой аудиторией. A-ONE – это и звукозаписывающий лэйбл A-ONE Records и учредитель Russian Alternative Music Prize. А впереди ещё непочатый край работы по вытаскиванию российский музыкальной индустрии из глубокой ямы, в которой она столько лет пребывает. На мой взгляд, сегодня на самом канале не хватает видео репортажей с многочисленных фестивалей, живых студийных концертов, продолжительных интервью с «народными героями», тематических программ с разбивкой по жанрам. С этими инициативами и выступлю, как представится такая возможность. В общем, я тут подумал и решил: «А почему бы и ДА?! Язык болтается славно, сам нахожусь в теме, да и в зеркале себе нравлюсь. Что ещё, собственно говоря, нужно?». Созидать…

A-ONE – рупор современной альтернативной молодёжи. Мы лучшие? Нет, подобная постановка - лишь пустая спекуляция. Чистота сердца не определяется музыкальными предпочтениями. Просто мы есть, и мы другие. Нас меньшинство, но нас много – очень много. И мы сила. А сила имеет право на борьбу, мы имеем право слышать себя в музыке – своей музыке. Мы имеем право звучать!

                                                                                                                         We are just a moment in time,

                                                                                                                   A blink of an eye,

                                                                                                                   A dream for the blind,

                                                                                                                   A vision from a dying brain.

                                                                                                                   I hope you don’t understand.

                                                                                                                   (Shroud of False, Anathema)

Они говорят тебе о самом сокровенном. О том, что понимаешь порой лишь наедине с самим собой, когда тишина окутывает тебя своими тёплыми объятиями и шепчет слова. Они рисуют… рисуют прохладный солнечный луч, пронзающий душную темноту. Они пишут: о чувствах… о боли… о мечте… о поиске… о выходе… Они – это Anathema.

1990й год. Англия. Ливерпуль. Danial, Vincent и Jamie Cavanagh - три брата - энтузиасты от музыки, два гитариста и басист соответственно, решают создать дэт-металлическую группу. С такими же намерениями к ним присоединяются Darren White (вокал) и John Douglas (барабаны). Рабочее название новоиспечённого коллектива – Pagan Angel – вскоре заменяют на более бескомпромиссное и соответствующее духу и идеям его участников. Отныне группа называется Anathema. В том же 1990м парни записывают своё первое демо «An Illiad of Woes», а в июле следующего года второе - «All Faith is Lost». К этому моменту Anathema уже выступает на разогреве у популярных в Британии и за её пределами Paradise Lost и приобретает собственных многочисленных поклонников. Музыка Anathema обретает новые формы и впитывает в себя всё лучшее, что есть в британском дум-металле. В результате группа получает предложение от звукозаписывающей швейцарской компании Witchhunt Records, и вскоре на студии записывается и издаётся мини-альбом «They Die», правда совсем небольшим тиражом (всего 100 копий). Примерно тогда же из коллектива уходит Jamie, а бас берёт в руки Duncan Patterson – новый участник команды.

Тем временем череда концертов продолжается, популярность Anathema растёт, и в 1992м году лэйбл Peaceville Records подписывает с группой контракт – на 4 альбома сразу. Как следствие, в ноябре того же года выходит в свет EP «The Crestfallen», а в феврале 1993го «Serenades», который занимает второе место в английском чарте Kerrang и получает звание альбома месяца в немецком Metal Hammer. Anathema так же забирает приз «клип месяца» в программе «Headbanger’s Ball» на телевидении. Далее следует ряд турне по Европе (Великобритания, Голландия, Бельгия, Германия, Румыния), группа играет c Cradle of Filth. Попутно идёт запись мини-альбомов «Pentecost III» и «We Are The Bible», которые становятся последним опытом Anathema в традиционном дум-металле начала 90х.

Новый этап в жизни и творчестве коллектива знаменуется очередными переменами в составе. Команду покидает Darren White, по мнению своих коллег изживший себя как вокалист. С этих пор голос Anathema принадлежит Vincent’у. В 1995м году в свет выходит альбом «The Silent Enigma» – шедевр, золотыми буквами вписанный в историю дума. Являясь металлическим альбомом, «The Silent Enigma» принципиально отличается от всего, что тогда создавалось в рамках жанра. Он есть ещё и продукт восприятия музыкантами наследия дометаллической эпохи. Ещё одна особенность - работа получилась более мрачной и атмосферной, чем предыдущие.

1996й год. Диск «Eternity» - последний альбом группы, который по технике всё ещё частично выражен в духе дума. Становится всё очевиднее переход к более лёгкому звучанию. Эмоциональная же составляющая бережно передаётся от опуса к опусу -«Eternity» присущи депрессивные настроения, сравни психологическому триллеру.

1997й год. Поклонники Anathema ликуют - группа, наконец, выпустила видео сборник - «A Vision of A Dying Embrace», включивший в себя 4 видеоклипа и краковский концерт 96го, сыгранный совместно с монстрами дум-металл сцены My Dying Bride.

1998й, и очередной альбом. Это «Alternative 4». Становится окончательно ясно, музыканты бесповоротно ушли от тяжести в исполнении, оставив её в характере звучания. «Alternative 4» получился ещё мягче «Eternity», но он и более «нервный». Мы слышим меланхоличный, психоделический рок. Мы слышим проникновенный чистый вокал Vincent’a, вводящий некоторых в состояние сродни медитативному. Использование фортепиано и скрипки – вот ещё одно свидетельство поиска участниками Anathema своего неповторимого звука. На «Alternative 4» они его обрели, им удалось создать свой стиль – стиль Anathema.

В следующем, 1999м году уже на лэйбле Music for Nations выходит яркое концептуальное произведение «Judgement». Здесь продолжена и развита музыкальная линия предыдущего творения. Многие фанаты группы называют «Judgement» своим любимым альбомом. Безусловно, он принадлежит руке настоящих мастеров своего дела, что слышно с первых нот и в каждом мелодическом обороте. Тематика песен прежняя – переживания человеческой души, преодолевающей препятствия и противоречия вселенных снаружи и внутри, и стремящейся к свободе, к любви.

Два последних на сегодняшний день полновесных альбома группы - «A Fine Day To Exit» 2001го и «A Natural Disaster» 2004го. Каждый из них по своему самобытен, но, в то же время, оба они выдержаны в лучших традициях Anathema, заложенных ещё на «Etertnity». Помимо того, в 2001м были  выпущены сборники «Resonance» и «Resonance II», в которые вошли собственные переигранные песни Anathema, а также кавер-версии произведений таких исполнителей как Bad Religion и Pink Floyd. В том же году в команду возвращается первый басист – один из братьев Cavanagh – Jamie, заменивший на этой роли Dave’a Pybus’а, который, в свою очередь, сменил Patterson’a двумя годами ранее.

В настоящее время известная во всём мире ливерпульская группа Anathema подыскивает новый лэйбл, записывает на домашней студии песни, которые войдут в будущий альбом, и продолжает гастролировать с концертами по свету. В сентябре 2006го года музыканты добрались и до России, где дали два великолепных концерта, в Москве и Санкт-Петербурге.

Творчество Anathema – не элегический уход от реальности. Это погружение в глубины собственного я, когда всё внешнее становится лишь символом, и ты ощущаешь мягкое прикосновение тонких тканей неведомых для тебя прежнего пластов мироздания. Это проникновение за грань видимого, попытка приоткрыть завесу тайны, окутывающей каждого из нас. Острота первостепенных вопросов исчезает, повседневный разум отключается, и ты обращаешься в нерв, колеблющийся в унисон звуковому ряду, и через это частотное поле чувствуешь связность мира вокруг тебя, свою целостность и непрерывность в бесконечном потоке, называемом жизнью.